vseobislame (vseobislame) wrote,
vseobislame
vseobislame

Category:

Джон Гилкрист. "Мухаммад - пророк ислама". Его отношение к врагам

  Убийство Кааба ибн Ашрафа

Битва при Бадре была первым прямым военным столкновением Мухаммада с жителями Мекки. С нее началось новое развитие отношений между обеими сторонами. Теперь они рассматривали друг друга не как причиняющих беспокойство оппонентов, но как опасных врагов. Незадолго до этих событий Мухаммад вынужден был решить проблему некоторых своих оппонентов в Медине, которые превратились в серьезных врагов и которых необходимо было остановить.

Первым был некий Кааб ибн Ашраф, иудей, коренной житель Медины. Он досаждал Мухаммаду, сочиняя о нем сатирические стихи и памфлеты. После бадрского сражения он стал настоящей угрозой, так как ходил в Мекку и подстрекал курайшитов организовать ответный рейд против мусульман в надежде нейтрализовать их военные достижения и свести к нулю возрастающий престиж Мухаммада. Он сочинил поэму, в которой оплакивались лидеры курайшитов, павшие в бою при Бадре. Когда Мухаммад узнал о его планах, он четко дал понять своим последователям, что хочет, чтобы Кааба ибн Ашрафа «убрали». То, что за этим последовало, описано во многих ранних преданиях:

Джабир повествует: «Посланник сказал: „Кто готов убить Кааба ибн Ашрафа?» Мухаммад ибн Маслама ответил: „Ты хочешь, чтобы я убил его?“ Посланник ответил утвердительно. Мухаммад ибн Маслама сказал: „Тогда позволь мне сказать, что я готов». Пророк ответил: „Хорошо“».

(Ас-Сахих ал-Бухари, том 4, с. 168)

Из этого отрывка явствует, что Мухаммад не только санкционировал убийство своего оппонента, но также разрешил своим последователям использовать любую уловку, которую они сочтут необходимой, для достижения цели. В другом предании слова Мухаммада ибн Масламы «Тогда позволь мне сказать, что я готов» трактуются иначе. Они якобы означают, что ему было позволено сказать ложь, чтобы обмануть Кааба (Ас-Сахих ал-Бухари, том 5, с. 248). Это был первый случай, когда Мухаммад, находившийся в состоянии реальной войны с теми, кто противостоял ему, должен был предписывать политику общения с ними, и разрешение убивать и лгать, выданное им своим соратникам, создало прецедент в его отношении к врагам. Ранние биографы очень выразительны в описаниях этого:

Посланник сказал: «Все, что возложено на тебя, ты должен сделать». Он спросил: «О посланник Бога, нам придется лгать». Он ответил: «Говори все, что хочешь, так как ты свободен в своем деле».

(Ибн Исхак, Сират расул Аллах, с. 367)

Нельзя отрицать, что это был прямой приказ убить оппонента и использовать любую ложь ради достижения цели. Нет ничего удивительного в том, что соратник и тезка пророка воспользовался данной ему возможностью, чтобы разделаться с обидчиком иудеем:

Мухаммад ибн Маслама пришел к Каабу и заговорил с ним, напоминая о старой дружбе между ними, и сказал: «Этот человек (т. е. божественный посланник) придумал собрать пожертвования (у нас), что причинило нам огромные трудности». Когда Кааб услышал это, он сказал: «Господи, ты попадешь в еще большие неприятности с ним». Мухаммад ибн Маслама сказал: «Не сомневаюсь, но сейчас мы стали его последователями и не хотим оставлять его, пока не увидим, какой оборот примут его дела».

(Ас-Сахих Муслима, том 3, с. 991)

Мухаммад ибн Маслама уговорил Кааба выйти из дома на том основании, что группа последователей пророка разочаровалась в его стремлении возложить финансовое бремя на мусульман. И поскольку ибн Маслама принадлежал к племени ауситов, жившему в Медине, Кааб ему безоговорочно поверил. Его молочный брат Абу Наила, который также входил в число последователей пророка, действуя более убедительно, использовал мошенническую тактику, дабы завлечь ничего не подозревающего Кааба в темноту:

Он сказал: «Я Абу Наила, и я пришел, чтобы информировать тебя, что приход этого человека (посланника) — большое несчастье для нас. Арабы сражаются с нами, и они стреляют из одного лука (т. е. они объединились против нас). Мы хотим уйти от него (от посланника)».

(Ибн Саад, Табакат, том 2, с. 36)

Тот же биограф пишет, как эти люди притворились, будто они пришли к Каабу только за тем, чтобы купить у него финики и продукты. Когда Кааба втянули в беседу и он начал говорить с ними свободно и был «доволен ими и стал близок с ними» (там же, с. 37), они пододвинулись к нему ближе под предлогом исследовать аромат его духов. Придвинувшись еще ближе, они неожиданно выхватили свои сабли и закололи его. Убив Кааба, они тут же вернулись к Мухаммаду, произнося такбир (Аллаху акбар — „Аллах велик“). О том, как Мухаммад принял их, повествуется в следующем отрывке:

Когда они приблизились к посланнику Аллаха, благослови его Аллах, он сказал: «(Ваши) лица счастливы». Они сказали: «Твое тоже, о посланник Аллаха!» Они склонили перед ним головы. Он (посланник) поблагодарил Аллаха за то, что он (Кааб) мертв. Утром он сказал: «Убейте каждого иудея, с которым встретитесь». Иудеи были напуганы, поэтому ни один из них не выходил на улицу и не разговаривал. Они боялись, что на них неожиданно нападут, как напали ночью на ибн Ашрафа.

(Ибн Саад, Табакат, том 2, с. 37)

Все вышеописанное происходило в атмосфере заговоров и интриг, обмана и вероломства. Мусульманские писатели, пытаясь снять с Мухаммада вину за это грязное дело, приводили сотни аргументов в его защиту. Роль в деле самого Мухаммада полностью игнорировалась. В качестве объяснения предлагались разные варианты, например, говорилось, что это была реакция некоторых из его последователей на обвинения, вынесенные Каабом женщинам Медины, или что Кааб был «законным образом» казнен за совершение особо тяжкого преступления. Чтобы оправдать поступок Мухаммада, использовалась даже юридическая терминология. Оправдание гласило: справедливое наказание было применено к изменнику, который по необходимости, в порядке упрощенного судопроизводства, был незамедлительно и тайно казнен. Тайному убийству под покровом темноты было дано логическое обоснование, а именно: казнь поэта, совершенная тихо, без помпезности и привлечения широкой общественности, преследовала своей целью избежать нежелательного внимания. Приводились доводы, что Мухаммад к тому времени уже вынес постановление об обмане как искусстве ведения боевых действий, и поскольку Кааб объявил войну мусульманам, натравливая на них оппозицию, ложь его убийц была оправдана.

Однако вряд ли можно по-другому рассматривать этот случай, кроме как хладнокровное убийство, которому способствовал бесспорный правитель Медины. Ложь, сопровождавшая убийство, была санкционирована пророком и отягощала его вину, а защита, обеспеченная ему мусульманскими писателями, выглядит попыткой оправдания того, что при других обстоятельствах расценивалось бы как позорное пятно на его репутации. Банда убийц, крадущихся в темноте, чтобы обнажить свои сабли против ничего не подозревающей жертвы, вряд ли соответствует роли палача, законно облеченного полномочиями наказать преступника, осужденного после судебного разбирательства в духе истинной справедливости.

Существует еще одна версия случившегося, выдвигаемая защитниками Мухаммада. Изменник являлся не кем иным, как человеком, находящимся вне закона, и, следовательно, его мог убить кто угодно безо всякого специального разрешения. Принимая во внимание тот факт, что Кааб никогда не присягал на верность Мухаммаду, трудно понять, как он мог быть осужден за предательство. И тем не менее разрешение, выдаваемое всем и каждому линчевать любого подозреваемого в отступничестве, дает более реалистичную картину произошедшего той ночью, чем правовые эвфемизмы тех, кто оправдывает пророка ислама.

Истребление других оппонентов пророка

История с Каабом ибн Ашрафом не единственная в своем роде. Многие арабы, рискнувшие противостоять Мухаммаду, были коварно убиты. Иудей по имени Абу Рафи, один из лидеров иудейского племени бану надир, был убит при следующих обстоятельствах. После изгнания из Медины он отправился на север, в Хайбар, и то, что произошло с ним там, очень мягко описано в ранних исламских рукописях. Это описание изложено в текстах хадисов:

Повествует ал-Бара: Посланник Аллаха отправил Абдаллаха б. Атику и Абдаллаха б. Утба с группой людей к Абу Рафи (убить его) … (Абдаллах сказал:) «Я позвал: „О Абу Рафи!“ Он ответил: „Кто там?“ Я пошел на голос и ударил его. Он громко крикнул, но мой удар был несерьезным. Затем я подошел к нему и, притворившись, что хочу помочь ему, изменив голос, сказал: „Что с тобой случилось, о Абу Рафи?“ Он сказал: „Разве ты не удивлен? Горе твоей матери! Человек подошел ко мне и ударил меня саблей!“ Я опять нацелился и ударил его, но удар опять оказался поверхностным. Абу Рафи опять громко закричал, и от крика проснулась его жена. Я пошел на голос, как будто я хочу помочь ему, и нашел Абу Рафи, лежащего на спине. Я воткнул саблю ему в живот и давил на нее, пока не услышал звук треснувшей кости».

(Ас-Сахих ал-Бухари, том 5, с. 253, 254)

История очень напоминает случай с ибн Ашрафом. Опять хладнокровное убийство врага Мухаммада сопровождено обманом и хитростью. В другом изложении этой истории говорится, что на вопрос жены Абу Рафи о том, кто они такие, убийцы ответили, что просто группа «арабов, ищущих провизию» (Ибн Исхак, Сират расул Аллах, с. 483).

Примечательно то, что большинство людей, убитых при пособничестве Мухаммада, были поэтами, сочинявшими сатиру на пророка или соперничавшими со стихами Корана. Пророк ислама не мог переносить вызов своим притязаниям на божественно-духовное вестничество. Ан-Надир ибн ал-Харис был убит после сражения при Бадре за его насмешки над Кораном и за то, что, излагая персидские легенды, он высказывался в том плане, что по красоте они превосходят Священное Писание Мухаммада. И хотя Коран смело приглашает любого, кто сомневается в его достоверности, к соперничеству (сура 11:13), Мухаммад очень тревожился, когда кто-то из его оппонентов принимал этот вызов.

Ал-Харис ибн Сувайд ибн Самит был еще одним оппонентом, убитым по приказу Мухаммада. Его гибель вызвала цепную реакцию. Некто Абу Афак, обеспокоенный происшествием, сочинил памфлеты, защищающие людей, недовольных пророком: «Кто разберется с этим мошенником ради меня?» Тут же один из последователей пророка, некий Салим ибн Умайр, пошел и зарезал возмущенного поэта (Ибн Исхак, Сират расул Аллах, с. 675). В ответ на это убийство Асма бинт Марван, жительница Медины, не подпавшая под чары ислама, сочинила сатирические стихи, обвиняющие ее земляков ауситов и хазраджитов: «Вы подчиняетесь чужеземцу, который не один из вас... Неужели не осталось ни одного гордого человека, который бы неожиданно напал на него и пресек надежды тех, кто ожидает чего бы то ни было от него?» Мухаммад, услышав это, сказал: «Кто освободит меня от дочери Марвана?» Умайр ибн Адий ал-Хатми немедленно прокрался в дом женщины и убил ее. Вернувшись, он доложил Мухаммаду о содеянном. Мухаммад был безмерно рад этой новости: «Ты оказал великую помощь Богу и его посланнику, о Умайр!» — сказал он (там же, с. 676).

Вскоре после покорения Хайбара местный предатель, который трусливо сообщил Мухаммаду о том, что знает, где его хозяин Кинан прячет крупную сумму денег, был пойман. В результате поисков была обнаружена очень незначительная сумма. Убедившись в тщетности дальнейших поисков, пророк дал позволение аз-Зубайру пытать Кинана с целью выяснения того, где было спрятано остальное. Пытка двумя кусками очень сильно нагретого дерева, прижатыми к груди Кинана в процессе дознания, оказалась настолько суровой, что он потерял сознание. Однако примененная мера не дала положительных результатов, и место хранения денег было по-прежнему неизвестно. Тогда пророк, увидев, что таким образом ничего не добиться, просто обезглавил Кинана.

Место христиан в интригах Мухаммада

Нет необходимости приводить множество аргументов, чтобы убедить объективного читателя в том, что пророк ислама меньше всего задумывался об убийстве своих оппонентов. Мусульмане делали все, что было в их силах, чтобы полностью оправдать Мухаммада, но с христианской точки зрения он не может избежать осуждения. Иисус относился к подобному поведению абсолютно однозначно, соотнося его с действиями дьявола:

Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи.

(Ин. 8:44)

Из письменных свидетельств явствует, что все убийства оппонентов пророка совершались в ночное время. В каждом случае убийцы делали все, что могли, чтобы сохранить в тайне свою личность. Библия дает свою оценку тем причинам, по которым убийства совершаются под покровом тьмы:

…Люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы; ибо всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы.

(Ин. 3:19-20)

Ибо о том, что они делают тайно, стыдно и говорить.

(Еф. 5:12)

Мусульманские писатели аргументируют подобные действия практикой, принятой большинством лидеров в военное время и понятной всем народам мира. Отсюда вытекает тот же ключевой вопрос. Следует ли судить пророка ислама (и оправдывать его) только по стандартам его времени или, учитывая его притязания на величайшую в истории человечества власть, следует давать ему оценку по абсолютным стандартам, установленным Иисусом Христом, Который предшествовал ему? Очевидно, замыслы Мухаммада в отношении врагов должны оцениваться по относительным стандартам, но тогда он не может избежать осуждения в рамках христианской морали.

Когда Мухаммад понял, что ни иудеи, ни христиане не собирались положительно реагировать на его претензии, он очень разгневался на них, и Коран провозгласил Каталахуму-л-Лаху, т. е. «Да поразит их Бог!» (сура 9:30). Иисусу тоже часто противостояли люди, не принявшие Его. Но, вспомните, когда апостолы хотели призвать небесный огонь, чтобы уничтожить группу самаритян, которые отказались принять Его, Он сказал:

«…Не знаете, какого вы духа; ибо Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать».

(Лк. 9:55-56)

Иисус учил, что любовь к ближнему призвана быть настолько беспристрастной, что должна распространяться и на собственных врагов:

«…Любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас».

(Лк. 6:27-28)

Действительно, когда Иисус решил показать, что такое истинная любовь, Он рассказал притчу о самаритянине (Лк. 10:33 и след.). Очень важно то, что Сам Иисус претворял в дела Свое учение, и когда в конце концов Он был предан распятию Своими врагами, то вместо того чтобы осудить их Он взмолился:

«…Отче! прости им, ибо не знают, что делают».

(Лк. 23:34)

Несмотря на все свое величие, образ Мухаммада серьезно пострадал от правдивых историй раннего ислама, которые в простой форме повествуют о том, как с его «божественного» одобрения совершались убийства врагов, многие из которых не причинили ему никакого вреда. О некоторых пророках Ветхого Завета можно отозваться как о бессердечных, но это ни в коей мере не оправдывает действия Мухаммада. Между старыми пророками и новой эрой в истории человечества наступил момент, в который был продемонстрирован образ совершенного человеческого характера. Иисус Христос выполнил цели, поставленные Господом, однажды и на все времена. Мухаммад показал, что он сильно нуждается в искуплении Спасителя, как и любой человек в истории, и его нельзя уподоблять последнему представителю Бога на земле.

Оригинал статьи

Tags: аллах, арабы, аравийский, джон гилкрист, иисус, ислам, мухаммад, мухаммед, пророк, христос
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments